24 апреля в здании воскресной школы Никольского храма с. Николо-Крутины прошла литературная гостиная «Слово о вере», посвящённая 140-летию со дня рождения Николая Степановича Гумилёва (1886 – 1921), – выдающегося русского поэта, блестящего офицера и бесстрашного исследователя Африки.
В том, что поэзия Н.С. Гумилёва жизнерадостна и восторженна, все смогли убедиться в очередной раз! Звучали прекрасные стихотворения: «Жираф», «Христос», «Вечное», «Слово», «Наступление», «Вот гиацинты под блеском…», «Волшебная скрипка», «Память», песни и романсы на стихи поэта в исполнении Э. Хиля, Н. Носкова, Н. Расторгуева, П. Агуреевой. Транслировались эпизоды из художественных фильмов «Луна в зените» и «Гумилёвские мистерии». «Погостили» и на малой Родине семьи Гумилёвых, принадлежавших к древнему священническому роду и дороживших своей красивой фамилией (от лат. humilis – смиренный), в Шиловском районе Рязанской области.
Многие из присутствующих впервые открыли для себя Н.С. Гумилёва, ведь его «имя» почти семь десятилетий «вытравливалось» из сознания русских людей: за найденный томик его стихов арестовывали, за «имя» отца через лагеря прошёл сын Лев…
Н.С. Гумилёв – глубоко русский поэт самой революционной, драматической эпохи в жизни страны. Он поражал своих современников удивительной цельностью и подлинной мужской красотой. Он – убеждённый монархист и, любя Россию, не верил в её коммунистическое будущее. С болью и тревогой смотрел на окружающее и в эпоху разгулявшегося безбожия напоминал своим современникам о Боге и душе:
И вот душа пошатнулась,
Словно с ангелом говоря,
Пошатнулась и вдруг качнулась
В сине-бархатные моря.
И верит, что выше свода
Небесного Божий свет,
И знает, что, где свобода
Без Бога, там света нет.
Христианство Гумилёва было традиционным и церковным, а формула убеждений проста: «Славянское ощущение равенства всех людей и византийское сознание иерархичности при мысли о Боге».
В оный день, когда над миром новым
Бог склонял Лицо Своё, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города…
Но забыли мы, что осиянно
Только слово средь земных тревог,
И в Евангелии от Иоанна
Сказано, что Слово это Бог…
Гумилёв свято верил, что Слово способно творить чудеса, быть высшим достижением и оружием человека. И в «красном» Петрограде он открыто подчёркивал принадлежность к православной вере. По воспоминаниям современницы И. Одоевцевой, проходя мимо церкви он всегда останавливался, снимал шапку и «истово осенял себя широким крестным знамением… Именно осенял себя крестным знамением, а не просто крестился… Чтобы в то время решиться на такое, надо было обладать гражданским мужеством». По её же словам, однажды, накануне дня памяти М.Ю. Лермонтова, Гумилёв повёл её в храм, чтобы заказать и отслужить со священником панихиду по убиенному любимому поэту. Выступая же со сцены со стихами, прямо заявлял о своей преданности Государю и монархии. У жившего и творившего с оглядкой на Бога, Гумилёва были обострены чувства и совесть:
Есть Бог, есть мир, они живут вовек,
А жизнь людей – мгновенна и убога.
Но всё в себе вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога.
Заслуги Н.С. Гумилёва перед Родиной неоценимы: и в области науки (от Академии наук совершил экспедицию в загадочную Африку, совершил открытия в области археологии и фольклора, пополнил Музей антропологии и этнографии в Петербурге богатейшей коллекцией экспонатов), и области литературы (он создатель поэтической школы акмеизма, экспериментатор новых идей и форм, новатор в стихосложении, учитель и наставник молодых поэтов), и, конечно, Н.С. Гумилёв – истинный патриот: во время Первой Мировой войны добровольцем записался на фронт и был награждён двумя Георгиевскими крестами. Но эти героические заслуги не спасли от трагической участи, а, может, даже приблизили её… 35-летний Н.С. Гумилёв был расстрелян. Перестало биться одно из золотых сердец России»…